«Советские солдаты не мародёры! А мы не солдаты, мы красноармейцы, нам можно!» — история о том, что краденное впрок не идёт

0
14

Летом 1941 года Иван проходил срочную службу. Часть располагалась где-то на границе нынешней Молдавии, так что воевать бравым военным пришлось с самых первых дней.

«Советские солдаты не мародёры! А мы не солдаты, мы красноармейцы, нам можно!» - история о том, что краденное впрок не идёт

Ветераны, оставшиеся в живых, всё еще помнят те первые дни Великой Отечественной войны – как сначала казалось, что враг будет разбит за пару дней, потом страх и животный ужас первых сражений, когда против красноармейцев с винтовками Мосина немцы кидали закованные в броню танковые бригады, а сверху обезумевших людей расстреливали и бомбили немецкие самолёты.

Страх быстро улетучился, через пару дней Иван уже с без удивления смотрел, как рядом падали боевые товарищи, а в моменты отступлений успевал удивляться, что природа всё равно цветёт буйными летними красками, несмотря на войну.

Постепенно уверенность в том, что война быстро закончится, прошла, стало ясно, что немец – это очень серьёзный противник. Хотя Иван всё равно не сомневался, что Советский Союз победит рано или поздно – это непреложная истина!

Когда немцы устроили свой знаменитый форсированный прорыв к городу Баку, в надежде отрезать СССР от запасов бакинской нефти, взвод Ивана был заброшен в тыл к немцам, дабы сдержать всеми силами неприятеля.

Вот тут Иван осознал все ужасы войны, хотя ему до этого казалось, что страшнее уже не будет. Немцы, которые согласно замыслам отцов-командиров должны были быть в панике, оказались отлично подготовленными. Взвод пограничников был окружён в горах, и практически весь уничтожен.

«Советские солдаты не мародёры! А мы не солдаты, мы красноармейцы, нам можно!» - история о том, что краденное впрок не идёт

Выжить удалось только Ивану и 10 его сослуживцам. Ивану чудом повезло, как и его двоим друзьям, а остальные 8 красноармейцев выжили, благодаря своим личным заслугам – они были бывшими урками, которые воевать никогда не стремились, и в боях были заняты тем, что берегли собственные жизни.

После разгрома взвода, остатки бойцов целых две недели по ночам пробирались к своим. Попав на нейтральную территорию, голодные солдаты набрели на бедную деревеньку, где попросили хоть чего поесть. Деревня была разграблена немцами, так что на 10 человек красноармейцев удалось получить у местных всего несколько кусков хлеба и пару горстей картофельных очисток.

Но Виктор, самый блатной из урок, выходя из деревни, сказал своим сослуживцам:

— Вот жлобьё поганое! Хоть бы пожрать дали нормально, мы же от голода пухнем! По корке хлеба да по 2-3 очистки на рыло получилось! А сами , небось, где-то еду прячут, как-то же они живут!

— Так у них же дети свои голодные, скажи спасибо, что хоть что-то дали! – возмутился Иван.

— Да скажу я им спасибо, не боись, Ванча! Сам сегодня ночью к ним наведаюсь, да спасибо скажу! А потом вы, братва, будете меня благодарить!

— Да ты, никак, грабить селян собрался?!! Советские солдаты не мародёры!– возмутился дядя Лёша, пожилой красноармеец, один из друзей Ивана.

— А мы не солдаты, мы красноармейцы, нам можно! А ты, дядя, не вякай, сиди себе смирно, пока я тебе перо в брюхо не засадил! – вздыбился Виктор, которого кореша называли Витька-Штык, за его любовь к поножовщине.

— Ах ты, щенок! Да я тебя… — и дядя Лёша потянулся за винтовкой.

Не успел, Витька-штык подскочил к нему, и воткнул свою воровскую финку прямо под ребро своему однополчанину.

Иван ошеломлённо смотрел на происходящее, не в силах слово сказать – как это такое может быть, вместе прошли через ад, а теперь друг друга убивать???

— Ну а вы, сявки, что притихли? – обратился Виктор к Ивану и Диме – второму другу Ивана.

— Витёк, да ты чего? Обалдел совсем? Не трогай крестьян, у них же дети малые! – обрёл дар речи Дмитрий.

Витька –Штык молниеносно выхватил трофейный немецкий пистолет. Раздался выстрел – Иван остался без друзей…

— Ну, а ты чего? – насмешливо обратился Виктор к Ивану.

И тут Иван струхнул – это же не кино, а жизнь настоящая, одному выступить против семерых, готовых наброситься на тебя… В общем, опустил голову Иван, пробормотал что-то вроде: «А я что, я ничего…», и отошёл в сторонку.

Утром Витька-Штык вернулся, приволок с собой мешок картошки и пару булок хлеба. Красноармейцы накинулись на еду, сразу хлеб съели, картошки на костре напекли, и наелись от пуза.

Иван почти ничего не ел – он пережил голод 1933 года, и знал, чем всё это может закончиться. Хотел предупредить боевых товарищей, но потом подумал, что какие это товарищи – один двоих своих порешил, а остальные глумливо гоготали при этом…

«Советские солдаты не мародёры! А мы не солдаты, мы красноармейцы, нам можно!» - история о том, что краденное впрок не идёт

Через полтора часа все, кто наелся от пуза, валялись в страшных корчах, мучаясь от заворота кишок.

«Да, советский солдат – не мародёр! А кто мародёр – тот земельку будет парить!» — подумал Иван. Через день он уже был у своих, и рассказывал, что больше из взвода никто не выжил…

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь