Каково лететь «зайцем» в отсеке шасси самолёта: История, случившаяся с нашим читателем

0
84

«Почему путешествовать в отсеке шасси — это отвратительная идея. Что произошло с теми, кто на это решился»

Каково лететь «зайцем» в отсеке шасси самолёта: История, случившаяся с нашим читателем

Судя по реакции читателей, огромному количеству людей (и мне в том числе) было бы интересно узнать об этой удивительной истории, произошедшей с автором комментария. Я связался с ним, и Михаил любезно согласился написать о том, как это с ним произошло.

Надо сказать, что, судя по всему, автор находился не в самой нише передней ноги шасси, а в специальном техническом отсеке самолёта. Итак, история, приключившаяся с Михаилом:

(пунктуация и стиль сохранены)

Внимание!!! Не пытайтесь повторить что-то подобное — это крайне и незаконно!

Каково лететь «зайцем» в отсеке шасси самолёта: История, случившаяся с нашим читателем

Эта история произошла в самом начале 90-х. Мой товарищ Юрий и я полетели в город Улан-Удэ. Целью поездки было установление партнерских отношений для развития бизнеса и отдых на озере Байкал. После того, как план поездки был выполнен, стали собираться домой, в Москву. Выяснилась неприятная деталь – билетов на самолет до Москвы нет.

Заранее обратные билеты не покупались, т. к. в Улан-Удэ летели мы разными рейсами и не могли знать, насколько затянется командировка. Наш товарищ, с принимающей стороны, сказал чтобы мы не переживали по поводу отсутствующих в продаже билетов. Он ранее работал в местном аэропорту и у него остались там связи. И действительно, он достает первый «билет» и отправляет Юру в Москву. Отправить меня он пообещал на следующий день.

Вечером мы сходили в ресторан, отметили завершение поездки. Мне тогда подумалось, что чем позднее я лягу, тем больше посплю в самолете. Соответственно и полет пройдет более незаметно и легко.

Утром мы приехали на аэродром города Улан-Удэ, где мой приятель передал меня знакомому работнику аэропорта, а тот в свою очередь, провел меня на самолет. Он подтвердил, что билетов нет, но сообщил, что билет мне не понадобится. Я, по его словам, долечу зайцем — экипаж в курсе. Все что происходила до этой минуты укладывалось в мое миропонимание и не вызывало беспокойства. В итоге я оказался на борту самолета, еще пустого – без пассажиров, который должен был совершить рейс до Москвы, с посадкой в Новосибирске. Улан-Удэ – Новосибирск – это 2 часа лета, Новосибирск – Москва 4 часа лета. Модель самолета — ТУ-154.

То лето было жаркое. На мне была надета шелковая китайская рубашка с короткими рукавами, тонкие летние брюки и «ботиночки на тонкой подошве» — все по сезону. С собой, в самолет, я взял стеклянную бутылку минеральной воды. В этом месте немного хочу написать о себе. На тот момент мне было 30 лет. Я успел послужить срочную в пограничный войсках, закончить МВТУ им Н.Э. Баумана, поработать в Академии наук, много поездить и полетать. Был уже достаточно тертым калачом. При всем при этом я боялся и до сих пор боюсь высоты.

Ко мне подошла стюардесса и сказала, что на борту может работать контролер. Предложила мне последовать за ней. Мы прошли в переднюю часть салона, почти к самой кабине пилотов, она наклонилась и отодвинула коврик, лежащий вдоль прохода. Под ковриком оказался небольшой люк. Она открыла его и сказала, что мне нужно спуститься в него и когда контролер уйдет, то меня пригласят в салон.

Что мне оставалось в этой ситуации: билетов нет, контра на борту – выход один — в люк.

Я спустился в люк и оказался в узком длинном отсеке. Длина его была примерно 4 метра, ширина примерно один метр, высота отсека позволяла мне передвигаться согнувшись.. Господа читатели, не судите строго за размеры, называю их по памяти, а прошло уже около 30 лет. Если я ошибся, то пусть меня поправят люди знакомые с темой: техники, пилоты и т. д.

Слева и справа, вдоль прохода, стояли приборы в ряд. Над головой, вдоль потолка, были натянуты тросики. В дальней от меня части отсека, в носовой стороне, располагался округловатый красный прибор. Его размеры были примерно 1, 5 футбольных мяча. Большая часть пола представляла собой распахнутый люк, через который была видна передняя стойка шасси, колеса, часть аэродрома. Люк имел внушительные размеры и занимал большую часть пола. Над люком горизонтально, вдоль прохода, располагался больших размеров гидравлический цилиндр, соединенный со стойкой шасси. Дополнительного освещения не было. Свет попадал только через люк передней стойки. На приборах светили отдельные, очень маленькие лампочки.

Каково лететь «зайцем» в отсеке шасси самолёта: История, случившаяся с нашим читателем

Как я понял, отсек, в который я попал, находился под кабиной пилотов. Большого выбора для моего размещения не было. Стоять согнувшись было очень не удобно. Я присел на переборку около люка, ноги поставил слева и справа от люка. Над головой оказалась еще одна переборка, за нее можно было взяться руками. В итоге, я сидел по ходу движения, в начале отсека, прямо под люком, в который меня пригласила бортпроводница. В этой позе я прекрасно видел саму стойку шасси и все, что было вокруг нее. Бутылку с минеральной водой я положил на пол рядом собой, около небольшой переборки.

Согласно инструкции, которую я получил от стюардессы, я начал ждать приглашения для своего возвращения в салон самолета. В этом месте мне хочется сделать небольшую оговорку. Толи что-то у экипажа пошло не так, как они планировали, то ли это и было так задумано, но время шло, а никто не приглашал меня подняться в салон. Постепенно я начал переживать.

Прошло довольно много времени (может минут 30), а меня все еще не поднимали наверх. Но каково было мое удивление, мгновенный испуг, когда самолет медленно начал набирать ход. Уже страшно: сидишь высоко над поверхностью, под ногами распахнутый люк, вращающееся колесо. Между ногами длинный цилиндр. Мозг попытался рассчитать траекторию всей конструкции передней стойки в момент ее складывания, но отказался выполнить эту задачу ввиду малости исходных данных. Воображение рисовало ужасную картину убирания передней стойки: может она захочет занять мое место. Инструкции от стюардессы на этот случай не было. Уже начиналась паника.

Самолет начал движение. Медленно проехал по аэродромной территории и плавно выехал на рулежку. До взлетки оставалось еще несколько минут. Я был абсолютно уверен, что меня сейчас избавят от сидения в этом отсеке. Вот-вот должен открыться верхний люк и меня пригласят наверх. Времени оставалось все меньше и меньше, а приглашения подняться — все нет. Паника усиливалась. Я из последних сил успокаивал себя.

Метр за метром, поворот и приходит осознание того, что самолет замер на начале взлетной полосы. Замер, вой моторов и усиливающаяся тряска…Спина ни на что не опирается, пятая точка сидит на узкой переборке, руки наверху, схватились за переборку, ноги на ширине плеч, над пропастью. Глазами начал судорожно осматривать отсек уже не как временное убежище, а как кабину, в которой придется взлетать. Вдруг на одной из переборок заметил надпись сделанную то ли гвоздем, то ли ключом по краске . Мелькнула спасительная мысль – похоже здесь уже кто-то летал, наверное выжить можно. Но мозг отказывался слушаться. И я начал смеяться. Это был истерический смех обреченного человека.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь